Ади

Ади

https://t.me/thegazeoforpheus

Жан Фотрие. Ню, 1926

Я — горящая рана 

Я — горящая рана, пылаю, 

Мучит роса меня, свет меня мучит, 

Ты мне нужна, новой боли желая, 

Шел я к тебе за мучением жгучим, 

Дай добела раскаленные руки, 

Боль — поцелуй, желание — жало, 

Ад мой, моя нестерпимая мука, 

Снова хочу тебя, мало мне, мало!

Страстью растравлен и в кровь исцелован, 

Рана я, новый огонь неминуем, 

Мучь ненасытного снова и снова, 

Рана я, жги, прижигай поцелуем!

Жан Фотрие. Фиолетовое лицо

Черный рояль

Черный рояль

Инструмент обезумевший плачет, и ржет, и гудит,

Мучит клавиши мастер слепой, напирая

стопой на педаль.

Это черный рояль.

Пусть отсюда бегут, у кого нет вина.

Это жизни мелодия, это она,

Этот черный рояль.

И шумит голова моя, слезы в глазах, —

Поединка желаний моих окончание, тризны печаль. 

Этот самый рояль,

Будто кровь моего сумасшедшего пьяного сердца

вливает в свой ритм. 

Так гудит

Этот черный рояль!

Жан Фотрие. Заложники чёрного фона, 1946

Мой страх исчез 

Я швырнул старый сонный факел 

Головы моей в прах.

Бог исчез для меня отныне, 

Ибо исчез мой страх.

Отмерцали глаза мои страхом — 

Звезды зимних небес.

Я исчез для всего на свете 

Ибо страх мой исчез.

Я шагал смертоносной ночью 

Через трупы в гробах, 

Но от страха не лязгали зубы, 

Ибо исчез мой страх.

Я как тот, для кого могила — 

Недоступная честь.

Не пойму, я живу или умер, 

Ибо страх мой исчез.

Жан Фотрие. Ваза с ирисами, 1926

Родственник Смерти 

Я наверно родственник Смерти:

Я сильнее люблю на исходе 

И нежнее целую ту, 

Что уходит.

Я люблю примятые розы 

И любовь увядающих женщин, 

И осенней горькой листвы 

Круженье.

Я люблю в полосе печали 

Зов таинственной вещей приметы —

Этот бледный, слабый двойник 

Смерти.

Я люблю усталость уступки, 

Плач беззвучный и грусти минуты, 

Мудрецов, поэтов, больных 

Приюты.

Я люблю тех кто все утратил 

Кто застыл в тупике, в невезеньи, 

Кто не верит и кто скорбит:

Эту землю.

Я наверно родственник Смерти:

Я сильнее люблю на исходе 

И нежнее целую ту, 

Что уходит.

Жан Фотрие. Ню

На балу с Ледой 

Под визги музыки, как до небес возрос

Горячий юный пар, благоуханий чары,

Но девы и юнцы в венцах из роз

Воззрились в ужасе на сумрачную пару.

«Кто это?» Мы! Скрываем мы, скорбя,

Смертельность наших лиц за темною вуалью

И наши старые венцы увядших роз

Безмолвно сыплются в веселом зале.

В веселом зале замерли огни

И зимний вихрь взревел взамен оркестра.

Наш танец! Прочь бегут, рыдая и дрожа,

Юнцы — счастливцы, женихи, невесты!

Жан Фотрие. Абстракция

Сменяя коня за конем

Боже! Я твой непоседа, 

Шли коня мне, шли же, 

Чтобы не остолбенел я 

Перед всем что вижу.

Обожги коня жестоким 

Гордым гончим жаром 

И меня — чтоб милосердьем 

Не сорил я даром.

Тки судьбу безумной паствы, 

Но мою — иначе:

Тот кто твой, хоть не от мира…

Пусть без срока скачет.

Если конь, Стрелой задетый, 

Кровью красит пену —

Скакуна еще резвее 

Дай ему на смену.

Завершение: бессмертье.

Страх — с недолгим веком.

Человека не удержат 

Если Человек он. 

Вслед Стреле летит дорога, 

Громогласно хмели 

Над клокочущей землею 

Славят бега цели.

Замкнуты в порочном круге 

Смерть и Перемена.

Только радость будет целью 

Алой и нетленной.

Жизнь и смерть даются парно.

Кто ослаб, в упадке — 

Дай тому, Господь, упругой 

Удалой посадки.

И пока скачу, дай Боже, 

Чтоб открытым оком 

Сны о радости я видел 

На пути далеком.

Сквозь пугливый, бестолковый 

Гурт скотоголовый 

Ни на миг не умолкая 

Прозвенят подковы.

На пути Стрелы великой 

Ласково и верно 

Я гляжу поверх недолгой 

Обреченной скверны.

Жан Фотрие. Рождение женщины, 1948

Прекрасный вечер 

Под зимой великой — вера, страсти, цели…

У тебя там тоже, госпожа, метели?

Сердцу ледяному ни конца, ни края, 

Пролетела б тенью, льдинки подбирая…

Мерзнет мир одетый в ледяные нити.

Милая, скажи мне, Прошлого хранитель:

Отжелав, желаешь снова в те же грозы, 

Чтоб в лицо швырнуть мне колкой зимней розой?

В быстротечном роке зелено сгорело, 

Стало плоть от плоти звездной мое тело, 

Но из боли смертной тот не возродится, 

Кто оставил в прошлом дорогие лица.

Старой нашей клятвой в сердце — как иглою.

Полюбить полюбишь новое Былое?

Стали бы мы снова, если сброшу чары, 

Прежней жадной, робкой, бедной, дикой парой?

Как бы целовал я, смехом хмуря брови, 

Как в твоей бы ожил красной краске крови!

Всеблагая Дама, где ты, покажись мне, 

Или хочешь в прятках забавляться с жизнью?

Дай опять поверить белой астре ложа, 

Властным искушеньем хоть на миг стреножив.

Вновь сожмет тоскливых осуждений приступ 

И к устам устами устремлюсь, неистов.

Все благословили б, охлаждая, губы, 

Снегометный дар мой выдохну я клубом.

Возвратит и примет всё в последней встрече, 

Нажурчит забвенье наш прекрасный вечер.

Жан Фотрие. Сара, 1942